Крестный ход памяти

По-настоящему духоподъёмное событие произошло 5 октября в селе Пищалье Оричевского района: это ставший традиционным крестный ход из Троицкого храма к поклонному кресту у озера Лопатинского, где прежде находился Покровский женский монастырь.

Впервые на этом месте я побывала 55 лет назад с моим мужем Николаем Александровичем, который хотел познакомить меня с родиной своего деда. Помню, что меня поразили не только красота озера, но и ощущение радости, какой-то душевной теплоты и лёгкости. Объяснение этому пришло спустя десятки лет, когда я занялась изучением родословной нашей семьи. Архивы помогли узнать много интересного и важного для понимания того, «откуда мы и чьи мы». Работая в 2014 году с документами правления Посадской волости, обнаружила такую запись: «Комсомольцы просят разрешения поставить спектакль в бывшем женском монастыре». Теперь стало понятно, почему на Лопатинском озере всё не так как везде. Это святое место: здесь прежде стояла обитель! Этот факт стал отправной точкой к собиранию сведений о малоизвестном Покровском женском монастыре.

До сих пор изучаю историю обители и судьбы её насельниц. Продолжается поиск документов, воспоминаний и фотографий. Благодаря чертежам, составленным выдающимся вятским архитектором Иваном Аполлоновичем Чарушиным, который лично обследовал и выбирал место, где будут построены по его проекту часовня, Никольский деревянный, а затем и каменный храмы, художница Татьяна Павловна Дедова смогла создать рисунок Покровской обители. Многое успели сделать за короткий срок (с 1908 по 1918 год) основательницы женской общины игуменья Елисавета (Екатерина Ивановна Видякина) и монахиня Иоанна (Татьяна Алексеевна Савиных) с сёстрами монастыря. Десять лет созидали, а потом шесть лет до закрытия обители в 1924 году пытались её спасти.

В праздник Покрова Пресвятой Богородицы 2015 года на этом месте был установлен поклонный крест, освящённый протоиереем Николаем Смирновым. Идея проведения крестного хода принадлежит настоятелю Троицкого храма села Пищалья иерею Александру Вихареву. И вот уже в третий раз местные жители, паломники из Вятки, других городов и весей нашего края отправились в трёхкилометровый крестный ход к месту, где прежде находился Покровский монастырь. На берегу озера отец Александр совершил водосвятный молебен, а у поклонного креста — панихиду, на которой возносились имена 84 насельниц женской общины, о которых в архивах удалось отыскать сведения.

Их жизнь после революции 1917 года и закрытия Покровской обители складывалась очень тяжело, даже трагично. Притеснения священнослужителей, монашествующих и простых мирян начались сразу после Октябрьского переворота и в том или ином виде продолжались весь советский период в истории нашей страны, чему есть многочисленные документальные свидетельства. Что касается насельниц Покровской обители, то для безбожной власти все они были «монашками», независимо от того, приняли они пострижение или нет, а значит, врагами советской власти, мечтающими о возвращении прежних порядков. Об этом можно прочитать в протоколах допросов, где сестёр обвиняют в контрреволюционной деятельности, антисоветской пропаганде, развале колхозов и так далее.

Куда могли пойти насельницы монастыря после его закрытия? Некоторые служили в приходских церквях регентами, певчими, псаломщицами, просфорницами или сторожами. Работали в больницах и детских садах, нанимались в семьи нянями, но большинство вынуждено было скитаться по разным местам, жить уединённо или общинками по два-три человека, надолго нигде не задерживаясь из-за опасения ареста. В семью редко кто возвращался, так как родных из-за монашки в доме власти могли притеснять. Как-то ко мне обратилась женщина с просьбой разыскать, в какой вятской обители подвизалась в те времена её родственница. Женщина рассказала, что её отец не пустил эту монахиню даже на порог, а мама всю жизнь об этом переживала, завещав дочери перед смертью найти могилу родственницы и попросить у неё прощения.

Но были и другие, хотя и крайне редкие случаи. Например, Клавдия Васильевна Савиных, 1928 года рождения, родом из деревни Пермяки, что близ села Пищалья, вспоминала: «После того как монастырь закрыли, братья сделали на своей усадьбе для Марии Кирилловны Савиных маленький домик-келью, где она жила уединённо. У неё было много икон. Всем очень хотелось побывать у неё. Мы отпрашивались у маменьки сходить к ней в гости и, когда приходили, попадали как будто в рай, делались смиренными-смиренными, так у неё было хорошо».

Другая Мария Савиных, отец которой Алексей имел крепкое хозяйство, в 1908 году поступила в Яранский Знаменско-Мариинский монастырь. В 1918 году она вернулась в семью, поскольку советская власть решила на территории обители создать образцовый Школьный городок и выселила сестёр из келий. Вскоре Мария присоединилась к насельницам Покровской женской общины. После закрытия обители работала в верхошижемской больнице, а затем в больнице деревни Поздяки, где и проживала. В 1929 году ей «как бывшей монашке, не проявившей лояльности к советской власти» было отказано в восстановлении избирательных прав.

Монахиня Иоанна (Татьяна Алексеевна Савиных), родившаяся в 1875 году, вместе с Екатериной Ивановной Видякиной, будущей игуменьей Елисаветой, настоятельницей Покровской общины, 18 лет «бок о бок, душа в душу, имея сходные характеры, несли возложенные на них послушания» в Яранском Знаменско-Мариинском монастыре, а потом основали Покровскую общину близ села Пищалья. Это в честь Татьяны Савиных были названы местечко Танино, где находилась обитель, и, соответственно, Танинское благотворительное общество во имя святителя Николая, созданное с целью открытия приюта для девочек-сирот. Она приняла постриг с именем Иоанна, была казначеем Покровского монастыря и занималась ведением хозяйства, в котором имелись столярная, швейная и сапожная мастерские, скотный двор и огороды.

После закрытия обители жила тайно у добрых людей из Оричевского района. Зинаида Степановна Ростовцева рассказывала, что монахиня Иоанна (Савиных) долгое время проживала в деревне Чуркины у Матрёны Савватеевны Кропачевой, которая прятала матушку в чулан, когда в дом приходили чужие люди. Монахиня плохо видела, а зимой носила тёмные очки. Досматривала её, как раньше говорили, бывшая насельница Покровской обители Татьяна Ильинична Смирнова из деревни Софоничи. Преставилась матушка Иоанна (Савиных) 26 мая 1951 года и была похоронена на пищальском кладбище.

Интересна и трагична судьба послушницы Покровской общины Александры Арефьевны Куклиной. В 15 лет в 1900 году она отправилась в Серафимо-Понетаевский монастырь на богомолье, чтобы посмотреть на чудотворную икону Божией Матери «Знамение». Почти три года провела там, трудясь в иконописной мастерской, и вернулась в родительский дом. В 1908 году она поступила в новосозданную общину на озере Лопатинском, а в 1912-м была направлена на обучение в г. Санкт-Петербург в школу Императорского общества поощрения художеств, чтобы потом возглавить живописную мастерскую в Покровской обители. В 1914 году она поступила в Школу народного искусства, где изучала технику реставрации памятников древнерусского искусства.

После революция Куклина работала в Русском музее, где занималась реставрацией икон, а в 1922 году вернулась на родину. Но кому здесь в то время нужен был её талант иконописца? Александра жила в Покровском монастыре до его закрытия. Потом исполняла обязанности псаломщицы Троицкой церкви села Пищалья. В 1937 года её арестовали по обвинению в принадлежности к контрреволюционной церковно-монархической организации. 14 октября, в праздник Покрова Пресвятой Богородицы, А.А. Куклину расстреляли вместе с тридцатью священниками и мирянами.

После закрытия Покровской обители игуменья Елисавета (Видякина) с послушницей и своей крестницей Софией Лукьяновной Видякиной, которая с восьми лет жила в монастыре, отправились в г. Котельнич, где надеялись найти приют. Там София простудилась, тяжело заболела и умерла. А матушка Елисавета служила псаломщицей и певчей в вятских храмах, несколько раз подвергалась арестам (в декабре 1944 года — в восьмой раз). Господь сподобил её в своей жизни встретиться с такими угодниками Божиими, как святой Патриарх Тихон, преподобномученица Елисавета (Романова), священномученик Пётр Крутицкий и епископ Виктор (Островидов). А завершила она земной путь в Палестине, в граде Иерусалиме, ради Христа выдержав все ниспосланные ей испытания.

Я видела, с каким вниманием слушали участники крестного хода рассказ о сёстрах Покровской обители. Попытки отыскать их родственников делались регулярно через публикации в «Вятском епархиальном вестнике», оричевской районной газете «Искра», через участие в конференциях и выступления в библиотеках Вятки, Оричей, Пищалья и Спас-Талицы. Оричевская библиотека даже напечатала список насельниц Покровского монастыря с краткими данными, но никто из родственников, к сожалению, не откликнулся. Хотя, слава Богу, в этот день у поклонного креста молились Людмила Борисовна Анферова и Наталья Степановна Кулагина, которые собрали сведения о своей родной тёте — монахине Серафиме (Клавдии Степановне Мошкиной). А ещё из рода Видякиных была Лидия Ивановна Ивонинская, благодаря которой каждый участник крестного хода получил святую просфору.

На фото:

– Крестный ход к поклонному кресту;

– Насельницы Покровской обители. Фото из архива В.А. Толстогузовой.

Надежда Шевелёва
По материалам газеты «Вятский епархиальный вестник»