От лесосплавщика до генерала

Таким был земной путь Михаила Ивановича Петрова (1916–1985), нашего земляка, который начинал свою трудовую жизнь на уржумской земле и считал, что всё хорошее, что было в нём, заложено родиной и людьми, жившими на ней.

Михаил Петров родился 3 ноября 1916 года в деревне Воробьи Уржумского уезда. Сейчас она уже покинута жителями, хотя ещё и помечена на карте района. Мама Ирина Андреевна скончалась в конце 1917 года, когда Мише исполнился годик, и он не мог сохранить в памяти её светлый образ. Но отец Иван Исакович часто рассказывал о ней, спокойной и доброй женщине, прекрасной швее, мастерство которой славилось едва ли не на всю округу. Потом Михаила вместе с братом Георгием два года воспитывали родители матери — бабушка Васса Фефеловна и дед Андрей Демьянович Романовы, так как отец почти постоянно был на лесосплаве. Когда парнишке исполнилось 12 лет, Иван Исакович сказал: «Пора тебе, Мишутка, в люди выходить», — и взял его с собой на лесосплав, стал обучать работе маркировщика и учётчика. Так на пристани Подосиново, что в Малмыжском районе, началась трудовая биография нашего земляка.

С октября 1930 до конца 1932 года он учился на воднотранспортном отделении Малмыжской школы лесопромышленного ученичества. При этом Михаил с товарищами не только изучали теоретическую часть, но и усердно работали как на лесозаготовках, так и на весеннем сплаве. Будучи ещё подростками, они выполняли подчас по две, а то и по три дневные нормы, ведь стране нужно было как можно больше строительного леса. Летом 1932 года Петрова назначили заведующим плотом, который снялся с якоря на Сокольском рейде в устье реки Вятки и за буксирным пароходом взял курс на Астрахань.

После окончания учёбы Михаил работал в Малмыжской лесосплавной конторе, где исполнял обязанности десятника-бракера на Каракульской лесной пристани. Затем трудился старшим десятником на реке Шабанке. Работа на молевом сплаве была тяжёлой, но интересной. Сначала надо было поднакопить в реке воды, а уже через двое–трое суток поднимать шлюзы и с этим водным валом сплавлять лес. На работу, как правило, выходили в четыре часа утра, а заканчивали всегда поздно вечером. Никто не роптал и не жаловался. Весной 1934 года Михаил Петров получил должность линейного агента на реке Вятке и отправился в село Мари-Малмыж. Его обязанность состояла в том, чтобы без задержек проводить плоты через перекаты на трудном участке Вятки. Однажды к плоту Петрова, севшему на мель и затормозившему движение по реке, пришвартовался катер с прокурором Малмыжского района. Подойдя к Михаилу, он предупредил, что с верховьев Вятки идёт буксир с баржей хлеба и, если Петров не освободит русло реки для прохода каравана, он будет арестован и предан суду. Слава Богу, что благодаря дружной работе Михаила с товарищами фарватер был освобождён.

Осенью 1934 года Михаила Петрова направили на учёбу в Поволжский лесотехнический институт в г. Йошкар-Оле, а в 1936-м — в Ярославское военно-хозяйственное училище. Михаил Иванович, как и многие его однокурсники, мечтал после выпуска служить на Дальнем Востоке, но он и ещё два курсанта получили назначение на работу в Комитете обороны при Совете народных комиссаров СССР. На новом месте трудиться приходилось помногу: на службу молодые офицеры обычно приходили к 10 часам утра, а уходили почти всегда с зарёй. В выходные дни комендатурой Московского Кремля предоставлялся им стрелковый тир, а на Тушинском аэродроме можно было поучаствовать в учебных полётах на самолёте У-2. Петрову особенно запомнился его первый полёт, который из-за бесшабашного удальства едва не окончился трагически. Дело в том, что, сев во вторую кабину, он не счёл нужным застегнуть привязные ремни. Лётчик же решил испытать вестибулярный аппарат новичка, поэтому, набрав высоту, начал закладывать крутые виражи. Громкие испуганные крики пассажира из-за шума мотора не доходили до пилота, и тот увлечённо продолжал свои «испытания». Ну а Михаил — откуда такая цепкость взялась! — намертво стиснув в руках концы привязных ремней, ждал, когда же полёт наконец-то завершится…

* * *

В 1939 году М.И. Петрова зачислили на заочное отделение в Военно-хозяйственную академию, а на следующий год он получил назначение в секретариат председателя Комитета обороны маршала К.Е. Ворошилова. В предвоенном 1940 году Михаил Иванович вместе с семьёй побывал в отпуске в Уржуме, где трудился его брат Георгий Петров, главный бухгалтер Уржумского леспромхоза. 23 июня 1941 года, на следующий день после начала Великой Отечественной войны, маршал Ворошилов был назначен членом Ставки главного командования, а 10 июля его утвердили главнокомандующим войсками Северо-Западного направления, и он в тот же день специальным поездом убыл в Ленинград, взяв с собой и старшего лейтенанта М.И. Петрова. Силы врага, брошенные на город на Неве, были огромны, и всё-таки наступление гитлеровцев сдерживалось войсками Красной армии. Чем в те дни занимались сотрудники секретариата Ворошилова? В основном доводили до управлений штаба Северо-Западного направления и войск указания главкома. Работали днём и ночью, спали накоротке, иногда по два часа в сутки. Кроме того, М.И. Петров нередко бывал в войсках на петрозаводском, нарвском, лужском и новгородском направлениях, дополнительно выполняя обязанности сотрудников отдела связи при маршале. Помощникам Ворошилова приходилось летать на самолётах У-2, мчаться на автомашинах по разбитым дорогам, а то и просто мерить их «своими двоими», периодически бросаясь в кюветы при воздушных налётах вражеских самолётов.

Утром 20 июля 1941 года в стоявший на путях вагон к маршалу К.Е. Ворошилову для уточнения оперативных планов было приглашено командование фронта. Где-то около четырёх часов утра М.И. Петров вдруг услышал нарастающий гул моторов вражеских самолётов. Он выбежал из вагона и стал всматриваться в небо. Вскоре появились шесть фашистских стервятников, летевших на малой высоте вдоль железнодорожных путей, на которых кроме поезда маршала стояло ещё с десяток эшелонов с людьми, боеприпасами и боевой техникой. Михаил Иванович с большим трудом уговорил главкома покинуть вагон. И это было вовремя: едва они спустились с подножки, как кругом стали рваться бомбы и вспыхнули пожары. К большому счастью, в эшелон с боеприпасами немцы не попали.

В те трудные первые месяцы Великой Отечественной войны М.И. Петров очень переживал за семью: как там детишки Валентин и Танечка? Как супруга Валентина Арсентъевна, которая снова ждала ребёнка? Вестей от жены долго не было. Оно и понятно: куда же ей писать, на какой адрес, ведь супруг вместе с командованием постоянно менял места пребывания? И всё-таки в январе 1942 года одна из весточек, посланная из Уржумского района, отыскала Михаила Ивановича. Из долгожданного письма он узнал, что ещё 3 ноября, как раз в день его рождения, появился на свет сын, названный в честь отца Михаилом. Дело в том, что Михаил Иванович, уходя на фронт, сказал жене: «Если родится дочь, назови её как хочешь, а если сын — Михаилом. Если я не вернусь, будет память обо мне».

Маршалу К.Е. Ворошилову было поручено инспектирование резервных армий. Во второй половине апреля 1942 года поезд с инспекторской бригадой прибыл в один из волжских городов, где формировались запасные части и соединения. И здесь М.И. Петров неожиданно встретился со своим братом Георгием, которого зачислили в стрелковую бригаду пулемётчиком. Разговаривая с братом, Михаил Иванович думал, как же ему, бывшему бухгалтеру, не служившему срочную службу, нелегко даётся солдатская наука. Георгий Иванович сильно исхудал, на себя не походил. Оно и понятно: на тыловом пайке не растолстеешь. Тогда Михаил Иванович вручил брату две буханки хлеба и несколько пригоршней сухарей. Затем шутливо спросил: «Как же ты будешь воевать, если потеряешь или разобьёшь свои очки?» «Ничего, фашиста я и без очков увижу! — ответил Георгий Иванович. — Скорее бы только на фронт. Можешь быть спокоен, Миша, свою фамилию я не посрамлю!» Действительно, сражался он достойно. Войну закончил не пулемётчиком, а танкистом в звании старшины, за отвагу был награждён двумя орденами Красной Звезды и несколькими медалями. Имел ранения, что потом сказалось на его здоровье: Г.И. Петров заболел туберкулёзом и в 1951 году скончался.

В конце апреля инспекторский эшелон отправился на Урал. По пути для дозаправки углём и водой остановились в Вятских Полянах, что чуть более чем в 100 километрах от родных мест М.И. Петрова, где в это время в эвакуации находилась его семья. По телефону ему удалось связаться с супругой. От неё-то он и узнал о смерти отца Ивана Исаковича. С большим уважением относились к нему односельчане и лесосплавщики на Волге, Каме и Вятке. Человек это был честный и справедливый, беззаветный труженик. На пенсию он ушёл в 1936 году, но в начале войны его отправили на лесосплав. Ветеран труда только и ответил на недоумённые вопросы родных: «Так надо». Работал до последнего своего часа…

В сентябре 1942 года была введена должность главнокомандующего партизанским движением. На этот пост назначили маршала К.Е. Ворошилова. Совместно с другими работниками центрального штаба М.И. Петрову нередко приходилось отправлять за линию фронта людей и грузы, встречать эвакуированных с оккупированной немцами территории больных, раненых и детей. В декабре 1942 года Ворошилов отбыл на Ленинградский фронт для оказания помощи в подготовке к прорыву блокады города на Неве. Часть сотрудников секретариата, в том числе Михаил Иванович, остались на вспомогательном пункте управления фронтом. Вскоре Петров получил приказ 24 декабря на машине маршала с автоколонной доставить К.Е. Ворошилову через Ладогу в Ленинград секретный пакет. По этой Дороге жизни доставлялись в блокадный и голодающий город продовольствие и медикаменты, вооружение и боеприпасы. На западном берегу у Шлиссельбурга автомашины попали под артиллерийский обстрел противника, но благополучно добрались до Ленинграда. Осаждённый город был погружён во тьму. Много разрушенных и повреждённых зданий. Изредка навстречу автоколонне попадались патрули и небольшие группы рабочих, которым сотрудники секретариата, остановив машину, отдали свой продпаёк.

Прибыв в Смольный, М.И. Петров направился к маршалу Ворошилову. Пожав Михаилу Ивановичу руку, Климент Ефремович спросил:

— Как добрались? Не жутковато было пересекать Ладогу?

— Мчали с открытыми дверцами, но чем дальше, тем увереннее, несмотря на артобстрел, — ответил Петров.

— Вон даже как! Выходит, получили крещение на ледовой дороге, — кивнул маршал. Он тут же вскрыл привезённый пакет и просмотрел документы, сделал какие-то пометки и бодрым голосом сказал:

— Если успеете отдохнуть, будет хорошо. А не успеете… Впрочем, у военного человека всегда должны быть силы в запасе.

Бывало, что К.Е. Ворошилов посылал сотрудников своего аппарата в район боевых действий, чтобы достоверно выяснить ситуацию на передовой, так как с мест порой поступала противоречивая информация. Вот как вспоминал об этом М.И. Петров в своей книге «В дни войны и мира»: «Климент Ефремович решил установить истинное положение дел в районе действий 18-й стрелковой дивизии, уточнить, взят ли нашими войсками рабочий посёлок № 5. Уже вечерело, когда мы на «Эмке» отправились в назначенное место. По сторонам дороги вместо населённых пунктов теперь виднелись груды пожарищ да закопчённые печные трубы. Безопасный участок вскоре закончился. Дальше дорога обстреливалась противником из миномётов. Оставив водителя с машиной, я пошёл по траншеям к переднему краю. По сторонам то и дело рвались мины, свистели пули. Навстречу попадались раненые.

Дошёл до нашей первой траншеи, а впереди — нейтральная полоса, которая постоянно освещалась ракетами, медленно спускавшимися на маленьких парашютах. Оказалось, что рабочий посёлок, вопреки полученным сообщениям, ещё не взят. Укрепившийся там вражеский гарнизон ведёт очень плотный артиллерийско-миномётный и пулемётный обстрел, не давая поднять головы. Считая свою миссию законченной, я направился назад, туда, где оставил машину. Оказалось, что осколками порвало резину. Так на ободах долго добирались до штаба. Прибыли только за полночь. Помнится, дойдя до вагона маршала, я от усталости не смог даже подняться в него. Выручил офицер охраны: помог вскарабкаться по ступенькам». За выполнение оперативных заданий командования, за мужество, проявленное в период снятия блокады с г. Ленинграда, 24 февраля 1943 года капитан М.И. Петров был удостоен первой боевой награды — ордена Красной Звезды.

В апреле 1943 года К.Е. Ворошилов был назначен председателем Трофейного комитета, одной из задач которого являлась организация сбора неисправной боевой техники и металлолома. Курская битва ещё грохотала, когда по срочному заданию Климента Ефремовича оперативная группа, в которую входил и капитан Петров, выехала на огненный выступ. Требовалось определить места для работы трофейных бригад, которые вскоре должны были резать, грузить и отправлять на металлургические заводы некогда грозную, а теперь покорёженную и не подлежащую восстановлению в полевых ремонтных батальонах технику.

М.И. Петров вспоминал: «На орловско-курском направлении мы побывали на рубежах, которые стойко удерживали наши войска под натиском мощной танковой лавины врага. Путь к этим местам был очень труден: мосты или сожжены, или разрушены, многие дороги, подступы к населённым пунктам и рекам оставались заминированными. В разрушенном Курске уже шли восстановительные работы. Обстановка прифронтового города заставляла каждого быть начеку, готовым к самым неожиданным ситуациям». С Курском у Михаила Ивановича был связан такой эпизод. По прибытии туда его послали на продпункт для получения на всю трофейную группу довольствия. С водителем Фоминым поехали на окраину города, где находился продовольственный пункт. У раздаточного окна собралась довольно внушительная очередь. Вдруг Петров услышал чей-то испуганный возглас: «Мою машину угоняют! Братцы, помогите!» Обернувшись, Михаил Иванович увидел, что кричит молодой солдат-водитель, стоявший в очереди неподалёку, машет руками и зовёт на помощь. Офицер сразу же бросился к нему:

— Где твоя машина?

— Да вон же она! — чуть не плача солдат показал на разворачивающийся грузовик и скороговоркой добавил: — Подобрал по пути старшего лейтенанта и двух бойцов, а в машине — запчасти для танков. Задание срочное. Не выполню — накажут.

Михаил Иванович схватил солдата за рукав и потянул к своей машине. Опытный и смекалистый водитель Фомин тоже бросился к ней. Началась погоня по разбитой снарядами грунтовой дороге. Всё-таки грузовик удалось догнать. Фомин обогнал его, развернул свою «Эмку» поперёк дороги и резко затормозил. Через мгновение М.И. Петров с пистолетом в руке выскочил из машины и бросился к грузовику, не осмелившемуся таранить преграду. За рулём он увидел человека в форме старшего лейтенанта, который кубарем вывалился из кабины и, оторопев от наставленного на него оружия, лишь беззвучно шевелил губами. В кузове оказались ещё двое солдат, вооружённых винтовками. Они тоже не оказали сопротивления. Всех троих капитан Петров доставил в комендатуру Курска. Оказалось, что это дезертиры, длительное время занимавшиеся в нашем тылу грабежами и насилием. Так называемый «старший лейтенант» ещё в 1941 году за измену Родине был приговорён к смертной казни, но сбежал. Теперь он понёс заслуженное наказание.

Боевые действия откатывалась всё дальше на запад. Наши войска освобождали города Европы. Рушилась оборона фашистов и в Венгрии. 4 апреля 1945 года эта страна была полностью освобождена, но война оставила после себя страшное наследие: везде царила разруха. Вот в таких условиях начала свою деятельность в Венгрии Союзная контрольная комиссия, которую возглавил маршал Ворошилов. Вскоре он вместе с подчинёнными офицерами приехал в Будапешт. Перед 1 мая 1945 года его вызвали в Москву для доклада Сталину о работе комиссии. С ним отправился в столицу и М.И. Петров. Там их застало известие о полной и безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Трудно передать словами, что творилось в те часы и дни на улицах Москвы. Люди обнимались, смеялись, плакали от радости. Свидетелем того ликования стал и Михаил Иванович. Был наш земляк очевидцем величественного Парада Победы 24 июня 1945 года. На него он взял с собой шестилетнего Валентина, своего старшего сына. Поставив его впереди себя, сказал ему: «Смотри, сынок, на самый светлый праздник! Смотри и запомни это на всю жизнь!»

* * *

Более двух лет трудился в Венгрии М.И. Петров и был удостоен одной из высших наград Венгерской Народной Республики — ордена Венгерской свободы серебряной степени. Лишь в конце 1947 года Михаил Иванович вернулся в Москву. В 1950 году он возглавил секретариат начальника Генерального штаба, а в 1957-м — секретариат министра обороны СССР Г.К. Жукова. Перед назначением Георгий Константинович задал Михаилу Ивановичу единственный вопрос:

— Сколько у вас детей, полковник Петров?

— Трое, товарищ маршал Советского Союза.

Всё остальное Жуков уже знал из объёмного личного дела Михаила Ивановича, навёл справки о нём у коллег.

— Принимайте обязанности, — приказал министр обороны и добавил: — Кроме руководства секретариатом будете лично готовить предложения по письмам, поступающим в мой адрес.

Так началась служба М.И. Петрова под началом Г.К. Жукова. Маршал Победы (так в народе называли прославленного военачальника), как известно, был волевым и строгим человеком. Он не терпел лжи и приукрашивания фактов. Наряду с решением вопросов государственной важности много внимания уделял письмам воинов и трудящихся, всегда требовал чётких докладов и конкретных предложений. Этим и ещё многим другим занимался Михаил Иванович вместе с коллегами.

В конце октября 1957 года Г.К. Жукова на посту министра обороны сменил маршал Р.Я. Малиновский, но секретариат остался в прежнем составе. Однажды, уже по прошествии нескольких лет, Родион Яковлевич вызвал к себе Михаила Ивановича:

— Товарищ Петров, вы прокурор?

— Военный юрист.

— Хорошо, временно будете исполнять особые поручения, одновременно оставаясь начальником секретариата.

Это было повышением с испытательным сроком. 7 мая 1963 года, пригласив Михаила Ивановича на очередной доклад, Родион Яковлевич в конце беседы сказал: «Я изучал вас по работе, товарищ Петров. Вы мне подходите. Передайте своё личное дело в Главное управление кадров. С сегодняшнего дня вы уже не начальник секретариата, а генерал для особых поручений. На этом посту вы будете своеобразным ситом: я не должен отвлекаться на второстепенные дела». «Генерал для особых поручений… но я-то полковник», — подумал Михаил Иванович. Вскоре это несоответствие было исправлено: М.И. Петрову присвоили звание генерал-майора. «Знаменательный у вас жизненный путь: от лесосплавщика до генерала!» — сказал при этом маршал Р.Я. Малиновский. Ещё почти два десятилетия Михаил Иванович добросовестно исполнял свои должностные обязанности. Он работал в аппарате видных военачальников тех лет М.М. Попова, И.И. Якубовского, Д.Ф. Устинова. О том периоде жизни М.И. Петров так написал в своих мемуарах: «Я служил народу, а не начальству. Не был придворным генералом. Это мои начальники ценили».

В послевоенные годы семья Петровых жила в Москве. В преклонном возрасте Михаил Иванович обратился к мемуарам, воспоминаниям о своей жизни. Он печатался в «Военно-историческом журнале», в болгарской газете «Народная армия», в журнале «Советский воин», в областной газете «Кировская правда» и в периодических изданиях южных районов нашей области. Благодаря этим публикациям М.И. Петров подготовил самиздатовскую книгу воспоминаний «От лесосплавщика до генерала», экземпляры которой подарил своим внукам, бывшим коллегам, послал в учебные заведения на малую родину. Эти мемуары, отредактированные в издательстве Министерства обороны СССР, дополненные некоторыми материалами автора и фотографиями с его армейской службы, в 1982 году обрели вторую жизнь в виде издания «В дни войны и мира».

Генерал-майор М.И. Петров умер 21 января 1985 года. Ежегодно до самой своей смерти он приезжал на родину поклониться могилам предков, увидеть своих близких.

На фото:

– Миша Петров, 1928 год;

– Генерал-майор М.И. Петров, 1970-е годы.

Владимир Шеин

По материалам газеты «Вятский епархиальный вестник»